Доклад Второй ссесии Поместного Собора Православной Российской Церкви

РАФАИЛ, Митрополит Московский и Всероссийский

  ДОКЛАД ВТОРОЙ СЕССИИ ПОМЕСТНОГО СОБОРА

 ПРАВОСЛАВНОЙ РОССИЙСКОЙ ЦЕРКВИ

 Москва, 2/15 ноября 2004 года

 Преосвященные архипастыри, досточтимые пастыри, всечестные иноки и инокини, боголюбивые братья и сестры!

  1. О состоянии нашей Церкви.

             Имея долг доложить вам о состоянии нашей общей Матери  - Православной Российской Церкви, созидаемой на каноническом основании определений Великого Московского Священного Собора 1917-1918 годов, я должен начать с того, чтобы сообщить те цифры, которыми она на нынешний день характеризуется. В клире нашей Церкви на сей день состоит 21 епископ, 88 священнослужителей, из которых 65 в пресвитерском сане и 23 в диаконском, 110 иночествующих в наших монастырях, коих теперь насчитывается 5. При этом приходских общин у нас сейчас насчитывается 65, из которых 36 зарегистрировано в органах юстиции, а 26 еще проходят процесс регистрации.  Что касается численного состава нашей Церкви, имея в виду принадлежащих к ней мирян, то точные данные мы сможем привести уже в следующем году, когда получим и обобщим данные годовых отчетов наших приходов и епархиальных управлений.
            Когда речь заходит о статистике, тем более церковной, то христианин сразу вспоминает богоглаголевого царя Давида, который решил сосчитать свой народ, но, как известно, «не угодно явися повеление сие пред Богом», Который лишь один способен  умножить Свой народ (2 Цар 24:1-25; 1 Пар 21:1-22:1). Не секрет, что иные религиозные лидеры в нашей стране и обслуживающие их идеологи позволяют себе при отсутствии точной статистики манипулировать с цифрами приверженцев той или иной религиозной организации, намного их завышая, пытаясь тем самым показать обществу и власти свою политическую значимость. Мы не ставим такой цели, полагая, что и число верных нашей Церкви в руце Божией. Нас в нашем труде по церковному созиданию, как и первые поколения христиан, будет вдохновлять призыв Спасителя нашего: «Не бойся, малое стадо: яко благоизволи Отец ваш дати вам царство!» (Лк 12:32). Другое дело, что как Добрый Пастырь Христос  помнит каждую словесную овцу в Своем стаде, и «Своя овцы глашает по имени» (Ин 10: 3), так и нам пастырям Его Церкви надлежит знать свое стадо, ведя учет наших клириков и мирян, из чего и складывается приведенная выше статистика. 
             За время прошедшие после первой сессии нашего Собора было проведено четыре заседания Священного Синода (16 февраля, 19 марта, 16 июня и 15 сентября), принимавших решения по вопросам церковной жизни и управления, исчерпывающая информация о которых публиковалась в нашей церковной газете «Поместный Собор» и на нашем официальном сайте (http://www.sinodipc.ru). В третей части настоящего доклада мы намерены коснуться тех сторон нашей церковной жизни, которые требуют общего соборного решения в связи с их принципиальной важностью для жизни нашей Церкви.

  2. Об откликах на определения первой сессии нашего Собора.

             Имевшая место 3/16 февраля с.г. первая сессия нашего Собора приняла принципиальное решение строить нашу церковную жизнь на основе определений Великого Московского Священного Собора 1917-1918 годов, видя в этом единственное каноническое основание для воссоздания Православной Церкви в нашей стране после десятилетий духовной разрухи. Как вы помните, нас вдохновил на это призыв Пастырского совещания Австралийско-Новозеландской епархии Русской Православной Церкви за границей, находящейся под омофором митрополита Лавра, прозвучавший ровно год тому назад в ноябре прошлого 2003 года. В документе того совещания, под которым поставил подпись и митрополит Лавр есть такие слова: «Мы считаем, что наступило время всем частям Российской Поместной Церкви для сближения и возвращения к принципам и духу Всероссийского Поместного Собора 1917-18 гг. путем переговоров. Ввиду того, что со времени Всероссийского Поместного Собора прошло много лет, возникло много проблем, которые нужно тщательно изучить и возвратиться к каноническим нормам соборной церковной жизни. Мы считаем, что этот процесс должен происходить в духе истины, христианской любви и взаимопонимания». (Интернет-сайт «Православие.Ru», 11.11.2003). Собравшись на первую сессию нашего Поместного Собора, мы тогда подтвердили свою верность определениям Московского Собора 1917-1918 годов, как канонической основе церковного строительства в нашей стране, и призвали  церковные группы в России и за рубежом, связывающие свое историческое происхождение с Православной Российской Церкви, к совместному соборному деланию, дабы наша Церковь-Мать была воссоздана после десятилетий несвободы на Родине, когда у нее не было возможности жить в соответствии со своими каноническими установлениями. Ко дню Святой Пасхи вместе со всерадостными поздравлениями со светлым днем Воскресения Христова мы разослали документы первой сессии нашего Собора и определениях Московского Священного Собора по вопросам церковного строя всем иерархам, представляющим вышеозначенные церковные группировки. У нас есть сведения, что практически все наши отправления дошли до адресатов. Теперь вы вправе спросить меня о тех откликах, которые поступили на мой адрес. Увы, но лично мне ответили только три епископа, два из Московского и один из Киевского Патриархата, причем епархия у последнего находится не на Украине, а в Сибири. Эти ответы не содержали ничего по существу наших предложений, а только личные выпады, как в мой адрес, так и в адрес некоторых наших иерархов. Тем не менее, сказать, что наши призывы остались безответны нельзя. О нас знают. И нам отвечают, впрочем, в своеобразной форме.      
      Хотя официально руководящие органы Русской Православной Церкви Московского Патриархата и Русской Православной Церкви за границей (под омофором митрополита Лавра) нам не ответили, мы имеем более чем красноречивый их ответ на наши предложения по имеющимся на этот день результатам тех переговоров, которые они ведут между собой и о которых церковная общественность была проинформирована.
            Увы, но наши самые худшие ожидания оправдались. Не о каком возвращении «к принципам и духу Всероссийского Поместного Собора 1917-1818 годов» речи не идет, равно, как не идет речи о вовлечении в соборный процесс и «всех частей Российской Поместной Церкви». А о чем же тогда идет речь? Предоставим ответить на этот вопрос митрополиту Смоленскому и Калининградскому Кириллу, председателю Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата, сделавшему по этому поводу специальный доклад на недавнем Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви Московского Патриархата (3-8 октября с.г.).
Учитывая, что у многих в Русской Зарубежной Церкви имеется предубеждение против Московского Патриархата в связи с участием его официальных представителей в работе экуменических организаций митрополит Кирилл заявил: «Прежде всего, необходимо засвидетельствовать, что представители нашей Церкви, участвовавшие в диалоге с инославными христианами, никогда не руководствовались намерением создать синкретическую религию и никогда не рассматривали межхристианские организации как некую сверх-Церковь. Никогда не разделялась ими и так называемая "теория ветвей". Наши контакты в межхристианской области имели целью прежде всего свидетельство о Православии» (Официальный сайт Русской Православной Церкви http://www.mospat.ru/text/council2004/id/7769.html). Прошу обратить ваше внимание на упомянутую здесь теорию «ветвей», действительно, неприемлемую с точки зрения православного церковного сознания. Суть ее состоит в том, на заре экуменического движения, его основатели, принадлежащие к разным протестантским традициям согласились с тем, что единую Церковь Христа они из себя организационно составлять не будут, достаточно, что они признают друг друга равночестными ветвями, произрастающими на одном древе исторического христианства, при этом путем богословского диалога они решили стремиться к тому, чтобы между означенными «ветвями» установилось общение в таинствах, имея прежде всего в виду евхаристия, каковое они обозначили термином «интеркоммунион». Действительно, те православные, которые участвовали в экуменических собеседованиях, неизменно отвергали как теорию «ветвей», так и связанное с ним установления интеркоммуниона. Но этот экуменический путь, признанный православными непригодным для установления христианского единства в глобальном масштабе, Московская Патриархия пытается использовать, имитируя «воссоединение» с той частью исторической Русской Зарубежной Церкви, которая находится под омофором митрополита Лавра. Посудите сами. В том же докладе митрополит Кирилл говорит буквально следующее: «Хотя еще не все вопросы, связанные с преодолением многолетнего разделения с Русской Зарубежной Церковью, получили окончательное разрешение, очевидно, что уже произошло качественное изменение взаимоотношений, что подлинный диалог начался и успешно развивается, что мы вместе, с помощью Божией, продвигаемся по пути, ведущему к полному каноническому и евхаристическому единству при уважении исторически сложившихся особенностей в церковной администрации и вообще в укладе церковной жизни» (Там же). Но встает вопрос: какое же может быть каноническое единство, если сохраняются «сложившиеся особенности в церковной администрации и вообще в укладе церковной жизни» у каждой из сторон? Что это такое, если перевести с дипломатического языка. А это значит, что никакого возвращения к структурному единству Российской Церкви на основе определений Великого Московского Священного Собора 1917-1918 годов Московская Патриархия и не предполагает. Более того, тот же доклад свидетельствует, что находящаяся под омофором митрополита Лавра часть исторической Русской Православной Церкви за границей будет существовать со статусом «самоуправляющейся части Русской Православной Церкви». Понятно, что свои приходы и епархии, скажем, в Америке или в Западной Европе Московская Патриархия при этом сохранит. Значит, речь идёт о сохранении на этих и других территориях за границей параллельных церковных структур. При этом будет установлено евхаристическое общения. Спрашивается, чем это не интеркоммунионон, т.е. общение в таинствах без воссоздания истинного церковного единства. Таким образом, мы видим чисто экуменический путь решения проблемы российских церковных разделений, совершенно неприемлемый с точки зрения православной церковности и верности каноническому строю Православной Российской Церкви. К этому следует добавить, что внутри самой Русской Зарубежной Церкви решение митрополита Лавра и единомысленных с ним иерархов идти на сближение с Московской Патриархией, продиктованное явно не церковными мотивами, не встретило всеобщей поддержки, почему установление упомянутого «общения» отложилось на целых четыре года.
            Этот же экуменический путь предлагается митрополитом Кириллом и для решении проблемы лежащей куда более глубоко, имея в виду проблемы российского старообрядчества. Здесь уже экуменическая терминология даже не маскируется, а заявляется прямо: «Нельзя признать собирание Русской Церкви завершенным, пока мы не объединимся во взаимном прощении и братском общении во Христе с исконной ветвью русского Православия. Духовное значение такого события даже трудно описать, оно далеко выходит за пределы того, что называют церковной политикой» (Там же). Оставим в стороне проговорку насчет «церковной политики», которая как раз просматривается здесь довольно явно. Обратим внимание на то, что в этом небольшом пассаже открыто произносятся ключевые термины экуменического лексикона: «ветвь» и «общение». Правда, не понятно с кем и как будет останавливаться это «общение», учитывая наличие разных толков в старообрядчестве и известный скепсис в отношении данного предложения со стороны Московской старообрядческой митрополии. В любом случае, мы видим, что, отвергая на словах теорию «ветвей», лежащую в основе экуменизма, Московская Патриархия придерживается именно ее в своем подходе к решению проблем российских церковных разделений, что, и это необходимо заявить во всеуслышание, совершенно неприемлемо с точки зрения православного учения о Церкви как единого Богочеловеческого организма, выражением чего является единство его канонического строя. 
            Другим ответом, на этот раз прямым на наши соборные усилия стала пропагандистская компания, ведущаяся против нас группировкой, именующей себя Русская Истинно-Православная Церковь под омофором Высокопреосвященнейшего Митрополита Виталия, центр которой разместился в Одессе и во главе которой стоит с титулом Одесского и Тамбовского архиепископ Лазарь (Журбенко) (http://www.catacomb.org.ua). Правда, на официальной сайте Священного Синода Русской Православной Церкви за границей под омофором Высокопреосвященнейшего Митрополита Виталия (http://www.russianorthodoxchurchinexile.com/russian_site/dioceseruss.html) такой архиерей не значится, что, очевидно, свидетельствует еще об одном разделении в российском церковной обществе. Но в любом случае, основной пропагандистский удар по нам данной группировкой наносится в связи с тем обстоятельством, что одним из источников апостольского преемство в нашей Церкви является Украинская Православная Автокефальная Церковь, находящаяся в единстве со Вселенским Патриаршим Престолом в Константинополе, и в настоящая время предводительствуемая на Украине митрополитом Тернопольским и Подольским Мефодием, с которым мы поддерживаем братское общение. Понятно, что во всей этой пропагандистской компании явно видны «суетные обычаи мира», когда в нас усматривают конкурентов.
     Однако этот скорее забавный казус имеет некоторое значение в связи с явлением хотя и лежащим вне Церкви, но непосредственно ее затрагивающем. Речь идет о термине появившемся в последние годы как в трудах отечественных религиоведов, так в выступления российских и зарубежных средствах массовой информации в связи с вопросами церковной жизни в нашей стране. Термин этот «альтернативное православие», под который подводят имеющие место церковные группировки, противопоставляемые самой крупной из них, а именно Русской Православной Церкви Московского Патриархата. Оставляя на совести и компетентности тех, кто этот термин использует, я пользуясь случаям должен решительно заявить, что никакой альтернативы мы не кому в российском православии составлять не намерены и цели такой не ставим. Наша цель, верность которой мы намерены пронести, несмотря ни на какие трудности и испытания, состоит в том, что воссоздать на нашей Родине поместную Православную Российскую Церковь на канонической основе определений Великого Московского Священного Собора 1917-1918 годов. Другой основы для этого просто нет. Все прочие церковные собрание, имевшие место после 1918 года, как в России, так и за рубежом, не представляли всю поместную Российскую Церковь, не говоря о том, что иные из них проводились под воздействием политических, а попросту говоря человеческих страстей, либо же под прямым давлением извне Церкви. Только верность духу и букве определениям Московского Собора могут воссоздать историческую Российскую Церковь, все прочие пути тупиковы, в чем нам еще предстоит убедиться, возможно, даже раньше, чем мы можем предполагать.

 3. О вопросах церковной жизни, стоящих перед второй сессией 

 Поместного Собора. 

На этой сессии нашего Поместного Собора нам предстоит принять ряд определений, касающихся принципиальных вопросов нашей церковной жизни. Частью эти вопросы были подняты на первой сессии нашего Собора в феврали, частью их актуальность была выявлена позднее на заседаниях Священного Синода. И теперь, прежде чем мы приступим к их обсуждению и принятию соответствующих решений, мой долг представить перед вами эти вопросы и проекты определений по ним.

На первой сессии нашего Собора, мы определили строить жизнь нашей Церкви на определениях Великого Московского Священного Собора Православной Российской Церкви, касающихся церковного устройства и управления. Эти определения были опубликованы в наших соборных материалах и, таким образом, стали доступны каждому из нас. Понятно, что восстановить церковный организм после стольких лет разрухи дело не простое, но мы решили двигаться в заданном направлении. 

Результатом этого стало определение нашего Священного Синода от 19 марта с.г., касающегося восстановления приходской жизни, в соответствии с Приходским уставом, принятом на Великом Московском Священном Соборе, связи с чем предписывалось завести в каждом приходе приходские книги, в которых бы фиксировались прихожане, что является показателем их принадлежности к Христовой Церкви. Также это определение предписывало провести приходские собрания и образовать на них приходские советы, в составе клириков храма и избранных представителей мирян в не меньшем количестве. При этом приходские собрания должны собираться не менее двух раз в году в соответствии с требованиями Приходского устава. К концу года мы надеемся иметь отчеты настоятелей приходов об исполнении этого определения и о состоянии их приходов.

На настоящей сессии Собора нам предстоит принять определении о налаживании епархиальной жизни в нашей Церкви, имея целью введение в действие Определения о епархиальном управлении, принятом Священным Собором Православной Российской Церкви 1/14-9/22 февраля 1918 года. В определении Священного Синода от 19 марта говорилось о необходимости избрания от приходов членов епархиальных собраний от мирян и об участии в них клириков по должности. Очевидно, что такие собрания по обстоятельствам нынешней нашей церковной жизни должны составлять все клирики епархии и избранные представители прихожан по три человека от каждого прихода, а сами собрания следует собирать не реже одного раза в год. На первом из епархиальных собраний следует избрать Епархиальный Совет при правящем архиерее в составе пяти человек, из которых не менее троих должны быть в пресвитерском сане, как того требует ст. 53 указанного Определения. Согласно же его ст. 52 срок полномочий членов Епархиальных Советов, утвержденных Высшей Церковной Властью устанавливается в шесть лет. Совершенно очевидно, что к следующей сессии нашего Собора приходская и епархиальная жизнь должны быть у нас налажены. Приходские и епархиальные собрания проведены, а органы церковного управления местного и регионального быть дееспособными. В связи с этим сегодня мы надеемся выслушать мнения правящих архиереев на сей счет, а также об их усилиях по налаживанию церковной жизни во вверенных им епархиях.

Церковь Христа издревле с апостольских времен определяется как общество святых. При этом со времени первых свидетелей веры, тех, кто ценой своей жизни засвидетельствовал истинность своей веры, она особо почитает их и всех, кто последовал их примеру, как молитвенников пред Престолом Вседержителя, к которым обращаемся мы, ныне живущие, прося их предстательства пред Господом. Таких свидетелей веры знает и наша Церковь, тех, кто в истекшем веке заплатил своей жизнью за верность ей, а через это и верность Христу. В 1981 г. молитвенное почитание новомучеников российских было установлено в Русской Православной Церкви за границей. Думаю, что нам следует признать высочайшую нравственную ценность этого акта. Вместе с тем мы должны учитывать, что не все сведения о свидетелях веры, просиявших в нашей земле были тогда в достаточной мере известны. Кроме того, нам следует различать тех, кто пострадал в силу своей верности церковной правде, от тех, кто стал лишь жертвой сталинского террора, обрушившегося в 30-е годы и позднее как на иных приверженцев коммунистической диктатуры, так и на церковных конформистов, надеявшихся пережить то время будь-то в появившемся на свет с подачи властей в 1922 году так называемом «обновленчестве», будь то под сенью образованной в 1927 году Московской Патриархии опять в результате сговора митрополита Нижегородского Сергия с репрессивными органами тогдашней власти. Этими соображениями и должны мы впредь руководствоваться при общецерковном прославлении святых, о чем нам также предстоит принять определение, чтобы к следующей сессии нашего Собора нарочитая комиссия, могла бы представить нам первые свои плоды в форме перечня новомучеников и исповедников российских с учётом прежних их канонизаций, а также продолжила труды по подготовке нашего соборного прославления тех свидетелей веры, кто еще не был прославлен.

На прошлой сессии нашего Собора также был поставлен вопрос об отношении к царствовавшему в России Дому Романовых, поскольку православные нашей страны были связаны присягой на верность ему. И хотя то поколение, которое в последний раз присягало на верность Государю Императору уже сошло с исторической сцены этот вопрос для верующего сознания сохраняет свое значение, учитывая присягу на верность Царственному Дому, принесенную за весь российский народ во всех его поколениях на Земском Соборе в 1613 году. Этот вопрос, по понятным причинам не былым разрешен Великим Московским Собором 197-1918 годов, поскольку еще были живы законные представители династии Романывых и Царственный Дом еще не прекратил тогда еще своего существования. Совсем иная ситуация сложилась теперь. В свое время Русская Православная Церковь за границей, а с 1991 г. и Русская Православная Церковь Московского Патриархата признавали в качестве главы Императорского Дома Великого Князя Владимира Кирилловича, почившего в 1992 году. Однако мы вынуждены признать, что ни сам Владимир Кириллович, ни его дочь Мария Владимировна, ни ее сын Георгий Михайлович не могут восприниматься как возможные возглавители Императорского Дома Романовых, и следовательно следует говорить о прекращении его существования. Причина этого хорошо известна исследователям и состоит она в том, что брак Владимира Кирилловича с Леонидой Георгиевной, урожденной княжной Баргатион-Мухранской (Багратион-Мухранели) произошел после развода последней с неким С. Керби, как указывают ее биографы шотландского рода, (см.: http://www.imperialhouse.ru), за которым она была замужем в течении трех лет (1934-1937) и от которого родила дочь Елизавету. Таким образом, брак Владимира Кирилловича с Леонидой Георгиевной должен рассматриваться не иначе как морганатический и, соответственно, заключив его он, будучи последним возглавителем Дома Романовых, утратил право на такое возглавление, а, соответственно, династия Романовых прекратила свое существование как царствующая. Таким образом, с прекращением существования Царственного Дома Романовых прекратила свое существование и присяга, которым православный российский народ клялся на верность ему. И наш священный долг засвидетельствовать теперь это перед всей Российской Церковью, учитывая святость прежней церковной клятвы. Вместе с тем настоящим мы должны почтить своим священным долгом вручить страну нашу и православных людей ее Покрову Царицы Небесной Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии, провозгласив Ее на сем Священном Соборе Царицей Всероссийской. Знамение этого было явлено нам в переломный для Отечества нашего день 2 марта 1917 года, когда последний Российский Государь Император Николай Александрович отрекся от Престола Державы Российской за себя и за своего сына Алексия Николаевича. Тогда была обретена икона Божией Матери, именуемая Державной, на которой Царица Небесная изображена со знаками царской власти в руках. Именно это обретение и дает нам ныне дерзновение соборно провозгласить то, что многие православные российские люди сознавали в истекшие восемь с лишним десятилетий и принять по этому поводу особое соборное определение.

Но Царица Небесная продолжает являть нашей стране знамения своего покровительства. Одним из них стало явление в 1998 году  Ее иконы «Воскрешающая Русь», которую наша Церковь усердно почитает и теперь соборным деянием нам надлежит произвести ее прославление.

4. О российском всецерковном покаянии.

     Последнее, о чем необходимо сказать и что должно стать предметом нашего соборного рассуждения, это вопрос о коренной причине церковных нестроений в нашей стране. Будущие историки, которые изберут предметом своих изучений историю Российской Церкви, будут с немалым удивлением взирать на ее нынешнее разделенное состояние и неспособность тех, кто считает себя ее чадами и служителями быть солью земли и светом мира (Мф 5:13-14) в своем народе. Светские специалисты – историки, социологи, религиоведы найдут немало причин этого. Но это все будут причины лежащие во вне нас. Нам же как людям духовным надлежит их найти в себе самих. И опять же нам поможет это сделать наследие Великого Московского Собора 1917-1918 годов, вывившего тогдашние беды нашей Родины, кстати, находящие свое продолжение по сей день в грехе народа, который он призвал ко всеобщему покаянию.
     Но если мы посмотрим на время прошедшее с тех пор, то увидим, что Россия так и не принесла покаяния в тяжких грехах братоубийства, участия в вавилонском строительстве, как еще в самом начале 1918 года святитель Тихон, Патриарх Всероссийский, назвал то, что стало совершаться в нашей стране в последующие десятилетия. Но грех, который обличил святитель Тихон, с тех пор весьма приумножился и, прежде всего, в среде служителей Церкви, многие из которых ради  собственного временного благополучия встали на путь соглашательства с богоборческой властью. Плоды этого сказываются теперь, поскольку и после того, когда наступило время религиозной свободы, мы видим, что очень немногие православные встали на путь церковного созидания. С великой скорбью мы вынуждены засвидетельствовать, что многие из тех, кто считает себя людьми церковными, заразившись духом века сего, встали на гибельный путь любостяжания, ради которого готовы служить суетным настроениям этого мира, а не единственному Спасителю человека Господу нашему Иисусу Христу.
     Но что, спросите, вы нам делать при таком положении. Да и возможно ли покаяние целого народа в своем большинстве далеко отстоящего от Бога? Ответ на этот вопрос следует дать такой. Осознание своих грехов, сожаление о них и деятельное исправление своей жизни, а именно в этом Церковь Христа видит истинное покаяние, есть первейший долг каждого, кто считает себя ее чадом. Поэтому повторив призыв ко всероссийскому покаянию Великого Московского Собора, мы прежде всего адресуем его к себе как к Церкви в целом и к каждому из нас в отдельности. И мы будет продолжать молитвенное стояние и просить у Господа прощение до тех пор, пока Он не смилостивиться над Церковью Российской, вернув ей единство на основе канонического устроения. Но следует также помнить, что приход в Церковь тех, кто ныне находится вне ее, но кого Господь призовет, также лежит через покаяние, то есть через отвращение от прежней греховной, противной Богу жизни. И в этом мы должны показать пример всем ближним и дальним, чтобы они видели в нашей жизни церковной и личной достойные плоды покаяния, когда она будет исполнена духом любви друг ко другу, стяжанием Духа Святого и миролюбием.
     Посему я предлагаю нашему Поместному Собору принять нарочитое воззвание о российском всецерковном покаянии ко всем православным нашей страны, предложив им продолжать его, дондеже Господь не посетит милостью Церковь Российскую, ниспослав ей единение духа в союзе мира (Еф 4:3), творя за каждой Божественной литургией покаянную молитву, установленную Высшим Церковным Управлением Православной Российской Церкви в 1918 году.
     Вот те вопросы, которые Священный Синод счел необходимым вынести на настоящую сессию Поместного Собора. Теперь нам следует приступить к их осуждению и принятию определений по ним, проекты которых у каждого из вас имеются.